Наплывы прорезиненного пластика

КАК ПРАВИЛЬНО ЧИТАТЬ ТЕСТЫ МОБИЛЬНЫХ УСТРОЙСТВ — ВЗГЛЯД ИЗ ТЕСТОВОЙ ЛАБОРАТОРИИ

Disclaimer

Все описываемые в статье ситуации взяты нами из жизни (или выдуманы целиком и полностью?), а за возможные совпадения (как и полные несовпадения) героев статьи с реальными персонами авторы отвечать не желают и не будут!
Всюду в тексте аппарат под кодовым названием «телефон» можно заменить на смартфон, ноутбук, цифровую камеру или любое другое устройство, соответствующее нашей тематике, если иное не указано явным порядком. Суть от этого всё равно не изменится.


Для начала провозгласим очевидную банальность.
Ни один тестер не заинтересован в том, чтобы написать плохой обзор, а ни один журнал — в том, чтобы этот обзор напечатать.
Тем не менее ошибки в обзорах регулярно случаются. Порою — весьма и весьма серьёзные. Вот мы и решили всей редакцией попробовать разобраться, откуда они могут возникать. Дело совершенно необычное и непривычное. Журналистам в целом и техническим журналистам в частности не свойственно делиться с читателями сведениями о своей «творческой кухне». Не будем хвастать — мы тоже особенно не отличаемся от коллег. Но нам не справиться с намеченными задачами, если не приоткроем карты, которые обычно принято не открывать.
Продолжим провозглашать банальности. Следующая будет уже менее банальной.
За единичными исключениями, все тестеры — дилетанты, или, как минимум, неспециалисты в области связи в целом и конструировании мобильных устройств — в частности.
Не то чтобы это было такой уж страшной тайной, но афишировать сей факт в нашей среде не принято. Как-то неприятно разрушать у читателя впечатление своей пусть и невеликой, но все-таки избранности. Но, не разрушив, не создашь — ошибаться, как известно, свойственно порой даже богам, а мы, как вы верно догадались, ни разу не боги. Даже на небожителей пока не наработали. И за громким термином «тестовая лаборатория» в лучшем случае скрываются просто несколько опытных пользователей. Опытных, потому что уже не первый год копаются в программных (а порой и в электронных) потрохах устройств, и повидали их за это время немало, во всяких видах. Но от пользователя, сколь угодно опытного, до программиста или инженера — как «отсюда досюда же вокруг света окарачь». Так почему тогда не выгнать взашей всех этих тестеров и не набрать в штат именно инженеров связи?

Не всё так просто. Если инженеры вместо конструирования новых устройств примутся писать об уже запущенных в производство, то скоро им станет не о чем писать. Потому что новые устройства делать будет некому. Особенно если на вакантные должности инженеров направить уволенных тестеров-журналистов. Мы, разумеется, утрируем, но в целом дела обстоят примерно так, как было сказано. Тестеру не нужно иметь диплом МТУСИ, и опыт работы в лаборатории ЦНИИС или Радиотехнического института имени А.Л. Минца ему тоже не обязателен. Вполне достаточно головы на плечах, предназначенной не только для поедания гамбургеров под пиво, и некоторого опыта, «сына ошибок трудных». А «друг парадоксов» и «бог-изобретатель» остаются на долю конструкторов.
Но если опыт — сын ошибок, то и в работе опытного тестера они неизбежны. Вот и ошибаемся регулярно, хоть стараемся и пореже. Все прорухи на «старух» из тестовых лабораторий журналов имеют несколько причин, по которым эти прорухи можно классифицировать.

«ЭКЗЕМПЛЯР ЭКЗЕМПЛЯРУ ЛЮПУС ЭСТ!»

Тестовые образцы, которые представительства компаний выдают на руки журналистам, зачастую сильно отличаются от образцов продажных. Нередко на них красуется надпись вроде «Show out unit» или «Engineering sample». Что называется, из-под пресса — в лапы прессы. Это понятно — какой компании не хочется пораньше представить своё детище, тем самым заранее возбудив интерес возможных покупателей? Вот так и попадают в наши добрые руки инженерные образцы. Имеющие зачастую характерные отличия от образцов продажных:
* сырое, недоработанное ПО;
* отсутствие программной или даже аппаратной русификации (клавиатура без кириллицы, из-за чего нельзя оценить как читаемость на ней русских символов, так и работу с русским языком в приложениях);
* отсутствующая либо неправильная маркировка некоторых клавиш или деталей;
* плохое качество материалов и сборки — всевозможные зазоры, поскрипывания, покрытие с некачественным, неряшливым напылением и пр.;
* неполная комплектация (нередко на тест выдаётся один-единственный аппарат, без коробки, без документации, без положенных запчастей и аксессуаров, бывает — и без зарядника!). В этом случае нельзя оценить, например, работу устройств при синхронизации, качество аксессуаров, а если у телефона нет родной гарнитуры, то и работу FM-радио, MP3-плеера, да и самой гарнитуры, разумеется.
Конкретных примеров на все эти пункты можно привести массу. Так, тест Sony Ericsson K600i, опубликованный в Mobi # 6 за 2005 год, касался исключительно аппаратной части модели. Адекватно оценить сырую-пресырую прошивку мы не смогли, о чём честно сообщили. Впрочем, зная тщательное отношение компании ко всем своим продуктам, мы предположили авансом, что в серийных выпусках K600i с прошивкой всё будет в полном порядке. Так оно и произошло. Когда имеешь дело с другими, не столь проверенными вендорами, остается только полагаться на их ответственность перед пользователями.
Другой случай, один из самых ярких за последнее время — Alcatel ELLE GlamPhone #1. Дело было так: сначала нам принесли одинокий тестовый образец, залапанный, с болтающейся задней крышкой и крайне неряшливым декоративным напылением. Выглядел гламфон, как Золушка-бомжиха после долгой зимовки. Впечатление производил соответствующее. От теста мы вообще отказались — ну нельзя же только хаять ни в чём не повинный агрегат?
Следы этого мимолётного знакомства уже успели сгладиться в памяти, когда в редакцию попал другой гламфон. Совсем другой. В эффектной, стильной коробке уютно располагался новенький аппарат, да не один, а с набором фирменных эллевских «фишечек», разглядывать которые было чистым удовольствием. Как, впрочем, и саму модель — на этот раз материалы и сборка производили исключительно благоприятное впечатление. В общем, с предыдущим «гадким утёнком» контраст просто поразительный.
С программной частью у обоих гламфонов проблем не было — она целиком взята от Alcatel C652, а тот, в свою очередь, уже давно и тщательно «вылизан». В итоге тест был написан по нормальному, качественному образцу, предназначенному для продажи. Думаете, тут можно пожать плечами и порадоваться хеппи-энду? Так ведь вот беда: на основании знакомства с первым недоделанным страдальцем было составлено не одно мнение о модели в целом, причем мнение крайне негативное. И есть серьёзное подозрение, что благодаря именно этому «сырому» аппарату на одном видном сетевом ресурсе появился разгромный обзор, посвященный совместному детищу Elle и Alcatel.
Спрашивается, стоило ли компании торопиться с показом?
Порой случается, что у тестовых образцов ПО не совпадает с таковым у продажных аппаратов. Происходит это либо в результате самодеятельности тестировщиков на заводе, либо (что чаще), является отпечатками шаловливых пальцев предыдущих тестеров. Поставили ребята пару-тройку игрушек, погоняли, проверили работу, а снести установленное то ли не успели, то ли забыли. Следующий же тестер, ничтоже сумняшеся, преспокойно описывает игры и программы как входящие в комплект. Так, Nokia N-Gage QD попала к нам с четырьмя предустановленными играми, о чем мы и написали, в том числе и в каталоге. А наш внимательный читатель сделал замечание — оказывается, нет у N-Gage QD предустановленных игр вообще. «Ну нет у чёрной дыры волос!»
Принцип акына, поющего о том, что видит, в данном случае привёл к ошибке. Именно поэтому уважающий себя тестер применяет в работе нерушимое правило: возвращать аппарат в том же виде, в котором его получил. Хотя бы и затем, чтобы не множить ошибки на пустом месте.
Довольно часто встречается ещё одно характерное отличие тестовых образцов от серийных. С одной стороны, это вроде бы из серии особенностей самого аппарата, с другой — полностью зависит от следующего источника всевозможных ошибок.
Речь идет об аппаратах, которые бывают так интенсивно опробованы нашими коллегами, что выглядят, словно французские солдаты на финише кампании 1812 года. Поцарапаны и побиты панели, затёрт до невменяемости экран, в ноль разряжены батареи…
Простые царапины и сколы причиняют неудобства только журнальному фотографу, который вынужден их ретушировать, чтобы аппарат не выглядел жертвой луддитов XXI века. А вот царапины на объективе уже мешают протестировать камеру. Батареи же, разряженные до отказа, как раз и отказывают. Во-первых, они сплошь и рядом не желают заряжаться от серийного адаптера, поскольку он даёт слабый ток, достаточный лишь для обычных условий. Полный разряд — явление необычное: аккумулятор погружается в летаргию и не реагирует на зарядник и прочие раздражители. Чтобы пробудить батарею от спячки, требуется ударный импульс тока, который генерирует специальное сервисное зарядное устройство. После такой встряски аккумулятор обычно оживает и начинает исправно выполнять свои обязанности.
Бывает, однако, что батарею попросту «убили». Чаще всего это происходит в результате короткого замыкания, спровоцированного, в свою очередь, «купанием» аппарата. «Закоротившая» батарея теряет большую часть своей ёмкости, и даже если показывает 100% заряда — мгновенно разряжается при включении, не давая никакого понятия о нормальном сроке работы телефона. А ведь для многих пользователей живучесть аккумулятора — один из главнейших критериев выбора.
В общем, с такими телефонами всегда особенно тяжело — их толком и не проверишь, и всегда есть сомнения: то ли это недостаток (или дефект) самой модели, то ли твой предшественник просто постарался на славу, стремясь написать самый-самый крутой обзор и мало заботясь о сохранности тестируемого аппарата. Но в любом случае, даже если отмечаешь какой-то недостаток, всегда следует помнить, что у тебя в руках инженерный образец. Чтобы понять, будет ли этот недостаток устранён в серии или пользователи его получат во всей красе, требуется немалый опыт и немного логики. То есть — все та же голова на плечах.

«…И НИЧТО ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ НЕ ЧУЖДО»


На эту тему можно написать целый роман. Все мы человеки, и ошибаются даже самые образованные и опытные из нас. История науки полна поразительных тому примеров — так, Аристотель в одном из своих трудов написал, что у мухи восемь ног (то есть четыре пары), и в течение многих веков европейские ученые нисколько не сомневались в этом утверждении. А еще Аристотель был уверен, что у женщин меньше зубов, чем у мужчин. Тоже долго никому не приходило в голову взять и пересчитать.
Или, например, история со шпинатом — в результате банальной опечатки, одной непоставленной запятой, шпинат возглавил список богатых железом овощей и долгие десятилетия считался чуть ли не самым полезным из всех диетических продуктов, прямо панацеей для страдающих анемиями.
При очередной проверке в шпинате оказалось вполне заурядное количество железа, а точнее — в сто раз меньше тех сенсационных данных, что разошлись по всем диетическим справочникам и таблицам. Однако за это время миф о невероятной пользе шпината успел укорениться в мозгах обывателей, и отголоски этих представлений живы до сих пор.
Но всё это — примеры прошлых лет, а в наше с вами время даже не то что информация устаревает — за считанные годы стареют сами её носители. Причём стареют морально, потому что новые, сверхскоростные и суперпродвинутые технологии буквально наступают на пятки предшественницам. Вполне понятно желание всех заинтересованных сторон — и производителя, и продавцов, и самих журналистов — как можно скорее донести до целевой аудитории информацию о новом устройстве. И по этой же причине на все наши материалы накладывает свой отпечаток подобная специфика IT-журналистики.
А в стремлении побыстрее выложить самые-самые свежие новости или написать эксклюзивный тест порой не замечаешь невольных ошибок. А бумага, хоть и всё терпит, но ничего не прощает. Так что гонка за новизной уместнее для сетевых изданий, в которых в любой момент можно поправить текст или обменяться мнениями с читателями, которые могут указать на ошибки. А журналам имеет смысл больше заботиться не о скорости, а о качестве тестов.
С другой стороны, многое зависит от самого тестера и от его взгляда на доверенное ему устройство. Если коротко, то, при прочих равных условиях, чем больше телефонов на своем веку успел повидать и протестировать автор обзора, тем его обзор ценнее.
Вот, например, несколько названий обзоров одного и того же телефона, написанных разными владельцами и выложенных на очень известном сайте (в скобках — поставленная автором обзора оценка по 10-балльной шкале).
«Корейская жемчужинка для ценителей редкости» (10)
«Завораживает, очаровывает, околдовывает» (9)
«Симпатяшка с глюками» (5)
«Очень жалею о покупке» (-)
А всего пользовательских мнений по этой модели на цитируемом ресурсе — семь. Вот и глядите, каков разброс. Посудите сами, какой объективности можно ожидать от девчушки, которая пишет такие отзывы: «Оценю его на все 100 (!) баллов. Он для меня как живой, и даже спит у меня на подушке. Я его обожаю!»
Разумеется, опытный тестер, сколь бы ни был он восхищён новинкой, подобных жизнерадостных воплей в свой текст не пропустит, хотя бы из соображений политкорректности. Так что если где встретите избытки эмоций — знайте: перед вами вполне достаточный повод усомниться в квалификации автора теста.
Бывают и опытные, много разных аппаратов повидавшие тестеры, у которых просто имеются собственные, ярко выраженные пристрастия. Разумеется, это тоже влияет на подачу информации — от выбора телефона на тест до его описания. Так, есть в наших СМИ одна барышня, которая очень любит телефоны с хорошими экранами. Чем больше, цветнее, ярче и чётче экранчик у аппарата, тем больше у него шансов ей понравиться.
После нескольких её обзоров подряд поневоле вспоминается филатовское:
Постеснялся хоть посла б!..
Аль совсем башкой ослаб?..
Где бы что ни говорили —
Все одно сведет на баб!

С той лишь разницей, что сводит не к бабам, понятно, а к вящей пользе огромных цветных экранов для телефонов вообще и для людей с плохим зрением — в частности. Любой желающий может сравнить читаемость шрифтов на современных QVGA-экранах с таковой на монохромных дисплеях пятилетней давности. Если, разумеется, удастся отыскать кого-нибудь из «ветеранов». Тех, кому удастся, ожидает поразительное открытие – «монохромники» уделают по разборчивости шрифта нынешние «телевизоры» вчистую! Добавим сюда ещё и тот неоспоримый факт, что «старички» абсолютно индифферентны к солнечному свету, а под лучами дневного светила даже лучшие из лучших TFT-матриц заметно блёкнут. Вот такая вот у них с нами загогулина получается…
Еще один вариант вкусовщины — явная неприязнь (или наоборот, любовь) к какому-нибудь одному производителю. И всё-то такому тестеру у этого вендора не так, всё не нравится (или нравится, даже если это же у других моделей он считает недостатком). Ну что тут поделаешь? На форм-фактор и цвет, товарища, как известно, не сыщешь. Тут можно дать один-единственный универсальный совет: ищите тестера, чьи вкусы совпадают с вашими. Это непросто, но угадать при некотором внимании всё-таки возможно.
И последнее в этой части: «технократический снобизм» и неумение глянуть чужими глазами. Вообще-то эти качества взаимосвязаны. Чем больше автор любит всяческие технические навороты и суперсовременные устройства, тем меньше он склонен смотреть на тестируемый образец с позиции различных, но в общем и целом — обычных пользователей.
И вот сидит профи, способный часами рассуждать о плюсах и минусах Symbian и Windows Mobile. А приносят ему на тест «бюджетную звонилку», или того хуже — нечто явно имиджевое, попугайской окраски и с авангардистским расположением кнопок. Как вы полагаете, интересно ему будет писать про такой аппарат? Вот именно. Рассмотреть телефон вообще и рассмотреть его с точки зрения целевой аудитории — согласитесь, вещи разные. Одно дело, когда ты за месяц перепробуешь и сменишь десяток аппаратов, и так продолжается годами. И совсем иное — когда ты идёшь в магазин, чтобы выбрать аппарат на несколько лет себе, или своей маме, которая ничего иного, как набирать номер, делать с телефоном не умеет. И что теперь — ей не покупать простенькую «звонилку» с долгоиграющей батареей только потому, что продвинутый тестер такие аппараты в упор не видит? То-то же.
Опять же, далеко не все тестеры вовремя вспоминают такую, казалось бы, банальную вещь: все люди — разные. В том числе в самом прямом, физическом смысле. И когда читаешь фразу типа «в руке телефон лежит удобно», сразу хочется уточнить — в чьей? Прямо хоть предлагай таким коллегам иллюстрировать тесты фотографией их ладони в натуральную величину…

НЕ БОГИ ВСЁ ЭТО ВЕРСТАЮТ!

Каждый номер журнала делает множество людей, и любой текст проходит технологическую цепочку «автор — редактор — корректор — бильд-редактор – верстальщик». Сами понимаете, ошибки могут вкрасться на любом этапе приведения обзора от исходного файла MS Word к готовому, свёрстанному тексту с картинками и подписями к ним. Могут, и, что характерно, регулярно вкрадываются. Процент технических багов заметно возрастает во время всевозможных ЧП редакционного масштаба и прочих авралов, усложняющих работу.
И есть ещё всемогущие бесы опечаток, которые не дремлют. На эту обширную и в высшей степени плодотворную тему можно порекомендовать книгу Дмитрия Шериха « «А» упало, «Б» пропало… Занимательная история опечаток».

А ещё бывают просто забавные случаи, из серии «нарочно не придумаешь». Вот как, например, произошло с нашим тестом все того же Sony Ericsson K600i. В сетевом обзоре, написанном одним весьма авторитетным специалистом, утверждалось, что передняя панель у K600i, как и задняя, сделана из пластмассы. На самом деле она алюминиевая, в отличие от задней, которая действительно отлита из АБС-пластика. Впрочем, толщина передней панели невелика, и если её не подержать в руках отдельно, то ошибиться и вправду легко.
В процессе тестирования на передней панели образовалась блестящая царапина очень характерного вида: так поцарапать можно только алюминий. Нехорошо, конечно, но что поделаешь, раз уж образовалась? Решили обернуть неприятность на пользу делу и показать в тесте как свидетельство того, что панель — металлическая. Поместили фотографию царапины крупным планом, а к ней — соответствующую подпись. Когда всё это попало к нашему бильд-редактору, которого никто не предупредил о высшем смысле царапины, тот поступил в соответствии с нормальным здравым смыслом. На тестовой фотографии четко видный, крупный дефект? Убрать! Что и было проделано. Только вот текст подписи остался. Он гласит: «Передняя панель К600i — алюминиевая; невольным подтверждением служит царапина». И в тексте статьи это было упомянуто.
Так что год спустя мы восстанавливаем справедливость: можете любоваться царапиной в её первозданном виде.

«…А СОВЕСТЬ — БЕССЛОВЕСНА!»

Ох, как не хочется за эту часть браться! А что поделаешь? Назвались груздями — не вырубишь топором. И вовсе не потому, что лень. Нет, увы — всего лишь стыд, хоть журналистам его ведать вроде как не полагается.
Стыдно перед племенем нашим за наших же… ну, не братьев — так, двоюродных племянников по разуму. Которые, обладая в точности тем же арсеналом средств, что и любой не только журналист, но и просто читатель, ленятся проверить ими же самими написанное. Казалось бы, чего проще: не уверен в чём-либо — залезь в интернет, проверь! Как же — грозилась кума нажить ума. Короче, в последней главе речь пойдет об ошибках, вызванных тем, о чем было упомянуто в самом начале — дилетантизмом, коим не только наши дорогие племянники, но и мы, правду молвить, страдаем. И у нас бывают проколы, ох бывают… Но, памятуя заветы мудрых предшественников, мы стараемся на них учиться.
А некоторым из нас, увы, никакая наука не впрок. Самый яркий пример корнями уходит даже не в технику, а в лингвистику. Вот скажите, часто вам попадалось написание «предикативный ввод текста»? Уверены — регулярно. Обращаемся не столько к читателям, сколько к коллегам по профессии: доколе?! Доколе будем тиражировать эту безграмотность, коллеги?
Поясняем. А для пояснения воспользуемся помощью портала Грамота.Ру. Итак:
Толково-словообразовательный словарь
ПРЕДИКАТИВНЫЙ 1 прил.
1. Соотносящийся по знач. с сущ.: предикат (1*), связанный с ним.
2. Свойственный предикату (1*), характерный для него.
ПРЕДИКАТИВНЫЙ 2 прил.
1. Соотносящийся по знач. с сущ.: предикат (2*), связанный с ним.
2. Свойственный предикату (2*), характерный для него.
3. Выражающий предикативность.
Ну, и что мы видим? Предикат — это транслит с английского predicate. Заглянем теперь в Лингво:
predicate
1.
сущ.
1) лингв. предикат, сказуемое
Gram: Predicate
2) лог. утверждение
2.
гл.
1) утверждать тж. лог. (of, about)
Syn: affirm, declare
2) амер. основывать (утверждение и т.п.) на фактах (upon)
Итак, это всего лишь часть предложения — сказуемое. И все. Так что выходит, предикативный ввод — это когда словарь в телефоне опознает введенное вами подлежащее, и подставляет соответствующее ему сказуемое. Маразмом повеяло, верно? Так почему не задуматься, когда пишешь?
А ведь всё так просто — стоит лишь верно набрать слово все в том же Лингво:
predict
гл.
предсказывать, пророчить; прогнозировать
Вот оно: предсказание! Система предсказательного ввода — есть и такое, наиболее верное название. Словарь, основываясь на введённых буквах, предлагает подставить готовые слова из своей базы. Предиктивный ввод — только так и будет верно, даже если MS Word и ругается на это слово. Просто добавьте его в словарь и пишите правильно, хотя бы в этой части, а?

«СКАЗАНО ЖЕ — ЛЮМИНЬ!»

Дальше — больше. Название нашей статьи не с потолка взято — с очень уважаемого сетевого ресурса. Встретилось в тесте телефона Nokia 5140. И окончательно убедило нас в мысли, что такая статья всё-таки нужна. Так что же с наплывами пластика не так?
Да почитай — всё не так. Во-первых, материал под названием «прорезиненный пластик» существует исключительно в воображении автора обзора. В нынешней полимерной промышленности ещё не научились сочетать эти два материала в одном — пластическую массу и резину. Да и не пытается никто, слишком разные свойства. Это как овцу с быком скрещивать — сколь ни старайся, овцебыка на выходе не получишь.
Материалов там на самом деле два: термопластический полиуретан (красный, резиноподобный, тот самый «прорезиненный пластик») и полиамид (он же — нейлон) — относительно жёсткий, полупрозрачный «скелет» корпуса. Чтобы в этом убедиться, достаточно открыть корпус и поглядеть на маркировку изнутри, она там обязательно присутствует. На фотографии как раз и показана маркировка корпуса Nokia 5210. Рядом со значком рециклинга — буквы PA/TPU. Первая пара означает полиамид, вторая — термопластический полиуретан. И никаких следов резины, кроме резиновой прокладки между половинками корпуса, в этом аппарате нет.
Вернёмся ненадолго к лингвистике. Невнимательность тому виной или леность ума, да только сплошь и рядом резиной зовут что угодно — от силикона до уже упомянутого ПВХ-пластиката. Есть и еще одна причина — неверный перевод английского термина resin. Снова обратимся к словарю Лингво.
resin
1. сущ.
смола; канифоль; камедь
Syn: pitch, tar

2. гл.
1) смолить
Syn: pitch, tar
2) канифолить


Этим же термином именуют и полимерные смолы различной степени прозрачности. А для резины (которая, разумеется, может быть не только чёрной, но и цветной, но прозрачной не может быть никогда) есть определение rubber. Но, как и в случае с предиктивным вводом, транслит привычнее реального значения, а подумать обычно не хватает времени.
Резина вообще один из самых многострадальных материалов, который тестеры ничтоже сумняшеся «всовывают» в каждый второй аппарат. А меж тем настоящая резина применяется в мобильных устройствах крайне редко. Хотя бы потому, что имеет целый ряд неудобных и попросту неприятных свойств. Во-первых, резина пахнет, то есть обладает ярко выраженным и ничем неистребимым запахом. Во-вторых — она достаточно быстро, по сравнению с другими полимерными материалами, стареет, со временем попросту становясь хрупкой. И что особенно важно: не бывает на свете ни прозрачной, ни даже полупрозрачной резины! Как не бывает и белой. Из резины вообще практически нереально получить что-либо ярких, чистых оттенков, особенно в холодной гамме. Все, что белого цвета и выглядит резиновым (например, заглушки на системных разъёмах телефонов) — все это ПВХ-пластикат. Да и заглушки другого цвета — не исключение. Пластикат выбран ещё и потому, что резина легко истирается, и будь заглушки на самом деле резиновыми, они бы за пару месяцев приходили в негодность. А уж про «резиновые» клавиши и говорить нечего — от них через полгода ничего бы не осталось! ПВХ намного устойчивей к истиранию. Сколько лет надо шоркать грязными ботинками по линолеуму, чтобы испортить его рисунок? По-разному, понятно, но в целом — не год и не два. Так что вот такие «наплывы» получаются.
Еще есть и «в-третьих», но далеко не в последнюю очередь: резиновое производство — куда более ресурсоемкое, сложное и экологически небезопасное, чем просто литьё деталей из ПВХ-пластиката, да и из любого другого термопластичного материала.
Коллеги, быть может, обойдемся впредь без резины, а?

НИ СЛОВА О РЕЗИНЕ!

Кстати — о «наплывах». Их тоже в корпусах мобильных устройств не бывает и быть не может. Хотя бы потому, что все детали корпуса изготавливаются, как правило, методом прессования, и наплывы в этом случае — безусловный брак. Кто же станет собирать корпус из бракованных деталей?
Первый и главный, наиболее распространенный материал, из которого делают корпуса мобильных устройств — АБС-пластик, в просторечии именуемый просто пластиком. Точных данных у нас нет, но, скорее всего, из АБС делают не менее 99% всех пластмассовых корпусных деталей для мобильных телефонов, КПК, etc.
АБС-пластик — это тройной сополимер акрилонитрила, бутадиена и стирола, обладающий наиболее оптимальным набором качеств для изготовления телефонных «кузовов» практически любых, самых сложных форм. Для примера можно взять… да хотя бы Sony Ericsson K750i.

Снимаем крышку аккумуляторного отсека и на обратной ее стороне видим маркировку: PC/ABS, где РС означает «поликарбонат», а ABS в расшифровке уже не нуждается.
Покрытие — ещё одна больная тема. На АБС можно нанести почти что угодно из органических и неорганических веществ. Как правило, делается это методом холодного напыления в вакууме. Увы, нам не удалось отыскать данных по химическому составу покрытий, но логично будет считать, что любой оттенок «металлик» говорит о присутствии алюминиевой (или, что реже, бронзовой) пудры. Матовое и бархатистое покрытие, недавно начавшее входить в моду, в зависимости от его структуры и цвета может быть как полиуретановым, так и металлическим.
«Качество пластика — отличное (среднее, плохое)». Часто доводилось встречать такую фразу? Верно, чуть ли не в каждом первом тесте попадается. Самое в ней парадоксальное — когда пишут о качестве пластика, обычно намертво связывают его со скрипучим корпусом. Дескать, скрипит — значит, пластик плох. А на деле плох, как правило, не пластик — подгуляло качество пресс-форм, в которых отливали детали. Именно хорошая пресс-форма — залог качественной сборки корпуса. Бывает, конечно, что в дешёвых телефонах детали попросту неточно пригнаны (огрехи в чертеже, например). Но это — редкость. А вот старые или просто дешёвые пресс-формы — обычное дело не только для бюджетных аппаратов. Впрочем, пользователю неважно, благодаря какому именно нарушению технологического процесса скрипят и «гуляют» половинки корпуса. Скрипит, а уж почему — дело десятое. Тестеру же лучше всё-таки не умножать неверные обороты речи.
Еще умиляют порой фразы «пластик здесь такой же, как в модели NN вендора ХХ». Ну да, такой же, и ещё такой же, как в большей части остальных моделей всех прочих вендоров — все тот же АБС. Могут, конечно, различаться марки материала, как и всюду — разные фирмы-производители, разные красители и пигменты, наполнители, наконец, разные… Но основа — АБС, практически без вариантов. А особенно трогательно звучат уверения в тождестве/различии материалов корпусов на основании осмотра поверхности: «такой же гладкий, глянцевый пластик» или «такой же бархатистый». Уж это-то обеспечивается только соответствующей конструкцией пресс-формы и технологией литья.

…И ПАРУ СЛОВ — О ЧУГУНИИ

Отдельная радость — металлы и сплавы. Тут чаще бывает, как в случае с Sony Ericsson K600i, когда металл принимают за пластик. Кстати, K600i — не единственный аппарат от шведско-японского концерна, который тестерская молва лишила металлических элементов корпуса. Еще один пострадавший — K750i. Один наш коллега, опять-таки из сетевого ресурса, посетовал на отсутствие в этой модели металлических деталей — дескать, это можно счесть недостатком для телефона такого уровня. И напрасно это он: нижняя часть верхней панели К750 выполнена из анодированного алюминия. Проверить деталь «на металл» проще простого: её всего лишь нужно лизнуть. И даже в жару вы сразу ощутите на языке холодок — теплопроводность металла сильно отличается от таковой у полимерных материалов, и металлы на ощупь всегда холоднее окружающей среды, если, разумеется, не лежат под лучами солнца или на батарее.
Но ошибочное определение — даже не полбеды, и добро, если четверть. Фантазия авторов разыгрывается порой так, что химики и физики икают и крестятся в испуге. Даже если деталь устройства определена как металлическая, о составе этих металлов ходят самые разнообразные легенды. Одна, очень стойкая, связана со съемной металлической накладкой у телефона Siemens M65. Один весьма авторитетный сетевой ресурс объявил во всеуслышание, что она сделана из титанового сплава. Остальные принялись клонировать это утверждение. И хоть бы кто взял на себя труд почитать что-нибудь про титан…
Элемент №22 — не только очень тугоплавкий металл. Это еще и очень твёрдый, и очень упругий металл. Он в 12 раз твёрже алюминия, а предел текучести (нагрузка, под которой начинаются необратимые деформации образца) у титана в 18 раз выше. Словом, будь в приснопамятной накладке хоть несколько процентов титана, её бы нельзя было скомкать в ладони, не прилагая к этому особых усилий, как это может сделать любой желающий с накладкой М65. Если не лень потом выпрямлять её, разумеется.
Допускаем, что какой-то процент (скорее, даже десятые доли процента) титана в этой самой накладке имеется. Ровно столько, чтобы из маркетинговых соображений можно было называть сплав «титановым», не боясь юридической ответственности. Но, скорее всего, автора этой гипотезы сбилstrongи с толку цвет и фактура поверхности у накладки. Она и в самом деле (если не помнить или не знать, что алюминий легко окрашивается) титаново-серая, шероховатая на ощупь. Кстати, в оригинале она называется metal frame — и где тут хоть слово про титан? Проверить надо было, а не фантазировать.
Дальше — больше. Почему-то народ свято уверен, что если в спецификации написано «металл», то это непременно должна быть как минимум нержавеющая сталь, а как максимум — титан. На деле и «нержавейка», и тем более титан — материалы неоправданно дорогостоящие, и, в сравнении с полимерами, крайне сложные в обработке. Именно поэтому единичные модели с корпусами из упомянутых металлов (Nokia 8800, Vertu, Mobiado) стоят несусветных денег и, как правило, выполнены в форм-факторе «моноблок» — самом незатейливом, с точки зрения конструктора. А все остальные модели с металлическими деталями — это всё алюминий. Мягкий, пластичный, а главное — дешёвый металл, к тому же легко принимающий окрашивающее покрытие. Так что не стоит обольщаться — никаких драгметаллов за $500 никто на корпус не положит.
Также ни в один корпус ни одного мобильного устройства не попадёт уже упомянутый сплав пластика с резиной. Хотя бы потому, что сплавов полимеров вообще в природе не бывает. Сплавы — твердые и жидкие системы, образованные главным образом сплавлением двух или более металлов, а также металлов с различными неметаллами. Для полимеров существует понятия композит или сополимер. Чтобы осознать этот факт, среднего образования вполне достаточно — только кто ж школьную химию помнит, скажите на милость?
Ладно, видали и не такое. Например (дословная цитата), «корпус ноутбука сделан из металлического сплава, содержащего 20% углеродных волокон». Умрите все — круче не завернуть! Значит, сплав металла с углеродом. Бывает? Разумеется — железо + углерод на выходе сталь дают. Или чугун, если углерода больше двух процентов. Хмм… а тут их — аж 20! И из этого делают корпус ноутбука? Нет, ну что вы, не волнуйтесь — разумеется, никто не будет отливать эти корпуса в Магнитогорске. В этом случае речь шла об углепластике — материале, который давно и успешно используется в авиационной и даже космической промышленности, а в быту мы его можем встретить в лыжах и рыболовных удилищах, например. Но автор умудрился понять английский текст пресс-релиза так, что в переводе выдал нечто шедевральное.
Верный принципу «Остапа несло», в пределах этого же теста автор совершил ещё одно открытие: экран ноутбука (который из чугуния) был «защищён прочным стеклом». На этом стекле дорогая редакция сломалась, если честно. Силы нас покинули.
Дорогие коллеги и еще более дорогие читатели! В качестве покровного материала для дисплея любого мобильного устройства стекло никогда не использовали, не используют и использовать не будут. Потому что оно по свойствам (в первую очередь — по большому удельному весу и малой устойчивости к ударным нагрузкам) категорически сюда не подходит. То, что прикрывает дисплеи наших телефонов, КПК и ноутбуков, является, за редчайшими исключениями, поликарбонатом. И со стеклом этот самый поликарбонат роднит только одно: он столь же прозрачен. Иное дело — как его тогда называть-то? Мы приняли решение: везде, где избежать прямого упоминания не удается, загнать «стекло» в кавычки. И проще, и понятнее — и не стекло всё-таки.

УСЕКНОВЕНИЕ ФОНТАНА

Честно говоря, мы не перечислили и половины расхожих штампов и клише, порожденных не столько дилетантизмом, сколько нежеланием проверять многократно то, чему собрался доверять. Ещё раз напомним: мы себя не выделяем из общей массы. Конечно, полимерные сплавы в текстах Mobi найти вряд ли кому удастся, но мелкие недочёты и огрехи (вроде ретуширования приснопамятной царапины) у нас всё же бывают.
Говорят, не ошибается тот, кто ничего не делает. Верно, да не совсем: ничего не делать — это тоже серьёзная ошибка. Но вот как раз от неё мы надежно застрахованы, ибо постоянно что-то делаем.
И мы всегда рады (правда-правда, честное пионерское!), если читатель вдруг выловит такую «блоху» и найдёт время черкнуть об этом пару строк в e-mail. Рады, потому что такие письма означают: нас не просто читают, а читают внимательно, и при чтении не забывают думать. И ещё это означает, что наши труды, наше стремление сделать полезный журнал для умного читателя, не пропадает даром. А от осознания этого хочется и жить, и работать.
В том числе и над ошибками.

************************************************************
В дебрях ЖЖ однажды раздался вопль: «Караул, обманули!». Вопли такие там звучат регулярно, этот же отличался тем, что вопящий был уверен — его обманула в лучших чувствах компания Motorola. Тщательно исследовав не только свой, но и все аппараты RAZR V3i, до которых он смог дотянуться, вопящий сделал глубокое философское заключение: металла в них нет! Дескать, корпуса у всех — пластиковые, а врут, что металлические.
Давайте подадим на Motorola в суд и стрясём с них кучу денег за оскорбление наших надежд!
Народ даже засомневался в себе. Впрочем, краткий опрос показал: вопящий вовсе не в курсе, что из 109 ныне известных элементов периодической системы 87 — металлы. Он был свято уверен, что металл — это то, из чего автомобили делают. Как выяснилось, для него вообще понятия «металл» и «железо» были синонимами. Мы даже не стали растолковывать ему, что панели RAZR V3i выполнены из анодированного алюминиевого сплава. А зачем?
Всё равно в суде подробно растолкуют.
************************************************************

Добавить комментарий